antonkachinskiy

Categories:

Рукопись Астрова. Астров и конструирование.

 Чем ценен мемуар Астрова — он позволяет заглянуть в процесс разработки им конструкции. Эта тема его интересует, он не раз к ней возвращается, но... Эти его заметки и позволяют сделать выводы об отсутствии у него способностей к конструированию  и позволяют понять как у него получались такие странные конструкции....

Очень хотелось бы попытаться вскрыть, в общем-то таинственный и неясный, крайне трудно поддающийся описанию процесс рождения конструкции. Первая стадия – появление задачи. Откуда она появляется, в общем-то, не очень и важно. Иногда это ненормальная работа какого-то узла или, сложнее, сочетание нескольких взаимодействующих узлов, иногда ВГМ в целом. Иногда – это обдумывание задания заказчика. Иногда – это поиск понятия какого-то или суммы каких-то характеристик серийного или будущего изделия. Вариантов тут много, перечислять все – тоже задача и притом неблагодарная – составление спецификаций причин появления задач у главного конструктора. Проще всего согласиться с тем, что причин много.

Вторая стадия наступает тогда, когда задача осмыслена и уже может воплотиться в какую-то конструкторскую схему. Заметим, что чаще всего эта, подсознательно выношенная первоначальная схема, и есть тот самый «топор под лавкой», который мужик из поговорки тщетно и долго искал, но конструктор понимает, что топор-то не один, и решений может быть несколько.

Третья стадия – общение Главного с конкретным разработчиком. Конечно, это не совещание с протоколом. Это просто разговор или, пожалуй, беседа, при которой Главный должен сдержаться и не навязывать разработчику своего решения, но дать время для обдумывания и подработки своих соображений, подготовленных исполнителем для второй беседы с Главным.

Эта беседа имеет целью, кроме выработки решения, создание дружелюбия, общения и, если в результате появляется единомыслие, можно сказать, что третья стадия закончилась успешно. Однако это вовсе не значит, что после того, как «тесто мыслей» подойдет, и у Главного, и у разработчика (на что нужно потратить не слишком ясный промежуток времени), но очень хорошо, если разработчик сам придет к Главному со своим предложением, но и Главный сам может прийти к нему для четвертой стадии.

Четвертая стадия – выбор решения и начало разработки.

Я начал с того, что процесс этот таинственный, и назвать его так приходится потому, что непрерывно думать о стоящей перед тобой и разработчиком задаче совершенно не нужно, а часто даже вредно. Задача варится в глубине интеллекта даже прямо-таки в подсознании. Однако «хвостик» решения задачи иногда непроизвольно показывается, и забывать его не следует, он почти всегда бывает полезен.

Конечно такой расклад, как было написано выше, совсем необязателен, он легко сбивается хотя бы тем, что в разговор всегда может включиться кто-то еще и внести в него свою совсем новую струю, такую, которой не ждали ни Главный, ни разработчик, т.к. они, например, просто забыли об каком-то обстоятельстве, опрокидывающем все их хитросплетения.

Процесс этот сложный, и иногда решение может «выскочить» как бы само собой, а иногда нуждается и в постоянной помощи, и в поисках аналогов в литературе и т.д.

Все вышенаписанное – только попытка расставить в некоем  теоретическом порядке этапы создания конструкции. Однако на основной вопрос – что же именно происходит в голове конструктора, когда он готовится к решению задачи, а потом принимает ее решение, нет ясного ответа, и вряд ли можно получить четкий и ясный ответ, годный для всех конструкторских работ.

Конструктор, в том числе и главный, может заниматься любыми делами, что совсем или почти совсем не мешает нахождению правильного решения сложных задач. В этом-то и состоит тайна конструкторского творчества, как, вероятно, чистого творчества и в других областях.

Конечно нарисованная сейчас картина относится к натурам эмоциональным, но может быть универсальной, хотя бы только потому, что каждый работает, а значит, и думает по-своему. Для умов аналитического склада, умеющих обсуждать задачу и искать ее решение не в третьей стадии, о которой я говорил выше, а размышляя и как бы обсуждая вопрос молча и внутри себя, все предыдущее мало подходит. Тем не менее, ход творческого процесса остается до конца неясным и крайне интересным, и надо научиться им управлять, чему надо было бы учить в ВУЗах.

 Тут интересно что Астров все же осознает, что есть люди которые думают как то не так , как он, а  аналитически. Но особенно в эту тему не углубляется, так как сам он личность творческая, богема. Ему бы книжки писать, по телевизору выступать, в тусовках участвовать , но к несчастью он танки разрабатывает...

 Тут дело в чем: он, назовем его творец, пытается выполнять конструкторскую работу. Но действует как чистый гуманитарий. Пытается выдумать решение. Что то выдумывает, потом пытается навязать это решение конкретному исполнителю. Вот этот эпизод - я называю его худсоветом :

Третья стадия – общение Главного с конкретным разработчиком. Конечно, это не совещание с протоколом. Это просто разговор или, пожалуй, беседа, при которой Главный должен сдержаться и не навязывать разработчику своего решения, но дать время для обдумывания и подработки своих соображений, подготовленных исполнителем для второй беседы с Главным.

  Тебя вызывает Главный, но вместо того чтобы поставить четкую задачу — начинает вести «творческую» беседу. Ее цель заставить тебя угадать что же он хочет и какое мнение у него по этому вопросу. Чисто по-женски: женщина не хочет выслушивать что ты думаешь, она хочет услышать свои мысли, но произнесенные грубым мужским голосом ;)

 Если разработчик аналитик — он знает куда больше творца. Мозг у него так устроен. Для него творчество — это частный и необязательный способ решения некоей задачи. И угадывать дурацкую идею «творца» , а потом ее обсчитывать чтобы потом сделать опытный образец и показать что это не работает — это тяжело. Тем более когда ты понимаешь, что это не будет работать сразу. Собственно и «творец» бы это понял если бы  умел пользоваться скажем законом Архимеда, но творческим натурам это лень...

 Отличие между творцом и аналитиком примерно таково  — аналитик  хочет сделать скажем танк, но не просто танк, а танк который никто до этого не делал. Танк самый тяжелый , или скажем как Т-38 Астрова — самый низкий. Для романа или скажем новой модели туфель это хороший подход, но для танка (да и много еще для чего) — плохой.

 А вот аналитик — он стремиться сделать танк который удовлетворял всем требуемым параметрам. Причем куча параметров не заданы, но он знает что их надо выполнять и выполняет без конкретного указания. Будет ли этот танк таким которого никогда не было или самым низким или высоким — его совершенно не интересует.  

 Если отвлечься от танков и вспомнить космос, а конкретно программу запуска на Луну человека,  то можно сказать что Сатурн-5 проектировали аналитики.  А вот Н-1 — творцы. Неудивительно что на Луну СССР так и не смог никого запустить...


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic